«Кто осмелится осуждать Веласкеса?»

 Сергей Гриневич, белорусский художник.

 Что сохранилось от того Сергея, который выставлял свои работы в 1993 году в галерее  Barbasá города Сарагоса?

casting_1_2012__acriliccanvas__150x400

Только постаревшая внешняя оболочка. А если вы спрашиваете про творчество, то не осталось ничего. Тогда, в 90-ых я решил сделать себе перезагрузку и полностью ушел в абстракцию. Потом, в начале нулевых я вернулся к фигуративности и эта вынужденная пауза, как мне кажется, вывела меня на новый уровень.

За эти годы ты выставлялся в Нью-Йорке, Москве, Париже, Цюрихе, Гааге. Какое влияние оказывает место выставочного вернисажа?

bath_of_cleopatra_3_2011acriliccanvas_150x240

Не очень влияет, темы с которыми я работаю, по–моему близки всем, независимо от. национальности, мир стал глобальным. Хотя есть и исключения, иногда я работаю с местным контекстом. Мои работы как живопись понимаются везде одинаково, возможны различные варианты истолкования их замысла.

Ежедневно окружающая тебя обстановка, люди и события важны для тебя, как для любого художника в любую эпоху, ведь ты являешься свидетелем того, что происходит вокруг тебя. Проникают ли социальные проблемы в твои картины? 

Решительное да, я считаю социальную среду главным вдохновителем моего творчества, среду в широком смысле не только с её проблемами и болевыми точками. Проект «Кастинг», который я представляю в Сарагосе, тоже отчасти ответ на этот вопрос, я хочу, чтобы зритель воспринимал его не только как гламурные иллюстрации, а смог бы уловить за ироничной подачей нечто более серьёзное, ведь мы все рано или поздно проходим в жизни главный кастинг, кастинг на право называться человеком.

 Какая тема может стать следующей в твоей работе?

play__2012_acriliccanvas_81x100

На меня очень сильно повлияли события на соседней Украине и поэтому работы последнего года, наоборот, связаны с войной, они пока нигде не экспонировались, и я планирую прежде всего показать их у нас и в Киеве. Хотя тут я, как художник рискую скатится до иллюстративности, но трудно заставить себя не реагировать на то, что происходит вокруг. По сути в искусстве всего две глобальные тем- любовь и смерть, всё остальное- производные, война в том числе…

Должно ли искусство находится на службе у общества,  в котором оно существует?

Определённо нет, хотя нельзя огулом осуждать всех художников, которые находятся на службе у власть имущих, кто осмелится осуждать Веласкеса? Я вырос в Советском Союзе и там очень сложно было оставаться самим собой в творчестве, художники-нонконформисты были изгоями в своей собственной стране. Сейчас цензуры практически нет, но это не значит, что приспособленцев стало меньше, такова видимо природа человека. Меня тревожит, что желание служить власти прослеживается и у молодых художников, свободных от оков советской идеологии.

Мне ты чем-то напоминаешь всадника, скачущего между тем, что мы унаследовали от художественного прошлого, и будущим, к горизонту которого ты пытаешься добраться. Так ли это?

Отчасти да, все мы выходцы советской художественной школы, а она, как известно была строго регламентирована стилистически- это крепкий академизм в образовании, классическая школа и в результате- социалистический реализм. Сейчас это всё архаично, немного наивно и не востребовано как социумом, так и рынком. Приходится быть внимательным и проходить свой собственный кастинг.

Используешь ли ты возможности новых компьютерных или цифровых технологий?

В том, что касается техники исполнения, то нет, всё делаю вручную.

Каково значение имеет формат в твоем творчестве? Ты предпочитаешь большие размеры?

В академии я учился на отделении монументальной живописи, а это всё что связано с архитектурой. Наверное, отсюда и любовь к большим форматам.

Луис Гарсия Бандрес

Перевод: Владимир Хомичук

Нет комментариев..

Оставить комментарий